Меланхолия SU

Меланхолия (от греч. melas — черный + chole — желчь) — использовалось еще во времена Гиппократа и Галена для обозначения печального (унылого) расположения духа, с чувством поражения без объективных причин, с повышенной мечтательностью, а также часто со страхом, чувством вины, с идеей принуждения.

(Психологический словарь)

О меланхолии, меланхоликах и русской интеллигенции

Меланхолия_(гравюра_Дюрера)
Дюрер, Альбрехт (1471–1528)
Меланхолия (1514)
Медь, резцовая гравюра. 23,9×18,8 см
С более высоким разрешением.

Меланхолия в советском искусстве? Об этом даже думать неприлично! Искусство должно звать, вести и быть жизнеутверждающим! А кто такие меланхолики? Люди второго сорта! А интеллигенты и подавно. Такова в нашей стране когда-то была официальная точка зрения. А сейчас как? Да все также: привычка, знаете-ли. Меланхоликов обычно считают ни на что не годными, больными людьми, про которых только гадости говорят и пишут.

А ведь известный советский психотерапевт Бурно М.Е. в статье «Сила слабых» писал:

«…Интеллигентность в своей глубинно-тонкой нравственно-психологической структуре особенно присуща русскому духу, русской культуре. Классическая русская литература дышит состраданием к ближнему — и в этом ее особенная нравственная глубина на все времена и для всех народов. Для К. Ясперса (немецкий философ, психолог и психиатр) Россия — это „созидательница феноменальной по своей глубине литературы”…

…Представим себе „неиспорченное” человечество из сангвинически-ловких, жизнерадостно-подвижных натур без малейших признаков инертности, с острым чутьем, орлиным глазом, ловкой хваткой, способностью мгновенно соображать и с легкостью переключаться с одного на другое (и, значит, неспособностью подробно-глубоко уходить в сложное размышление, для чего необходима инертность). Разве эти нередко прекрасные люди с „сочной”, „горящей” „животной половиной”, замечательно-полезные в своих, в том числе благородно-практических делах могли бы создать именно то, что создала инертная часть человечества (с такими ее представителями, как Руссо, Кант, Золя, Дарвин, Толстой, Чехов, Павлов)…?»

Важно в этом отношении стихотворение:

Юнна Мориц «В защиту чудака»

 

Блещет талантами юноша К.!
Он обхохочет в кино чудака,
Он, хохоча, укрепляет в себе
Чудный характер, способный к борьбе,
И презирает сильнее всего,
Если герой не от мира сего:

«Нам не подходит такой примитив!
Дайте комедию и детектив!
Дайте героя, чтоб дух захватило,
Чтобы мотало его и крутило,
Он чтобы тоже крутил и мотал,
Все на пути к достиженью сметал!

Хватит терзать задушевным и тонким —
Это полезно отпетым подонкам,
А молодцам просвещенным полезно,
Если герой — пробивной и железный!
Я бы всегда на такую киношку
Шел в рукопашную, ставил подножку
Всем чудакам до шестнадцати лет
И отнимал бы у рохлей билет!

Ох, чудаки, неудачники, рохли,
Лучше б не мучились, в детстве подохли!
Дайте киношку с героем на «ять»,
Чтоб научил за себя постоять!
Я презираю сильнее всего,
Если герой не от мира сего».

Мой восхитительный юноша К.!
Знаешь ли хоть одного чудака,
Хоть одного не от мира сего?
Нет, ты не знаешь из нас никого!
А, между прочим, на прошлой неделе
Славно тебя объегорил Емеля,
Въехал на печке туда, где пока
Что-то не слышно о юноше К.

С правой ли, с левой ли вдаришь руки —
Бойся, товарищ, сильны чудаки!
С нами Кутузов, он страшный чудак —
Кое-кому наподдал еще как!
Скоро покажут в кино чудака,
Тот из Калуги толкал в облака
Флот межпланетный, где тоже пока
Что-то не слышно о юноше К.

Ох и живучие мы, чудаки!
Лезем на звезды, в кино и в стихи!
И обладаем талантом счастливым —
Склонностью к тонким душевным порывам!
В этой связи на планете пока
Что-то не слышно о юноше К.
Милая крошка! Лишь мелкая сошка
Может в наш век не любить чудака!

 

Посмотрим на картинку вначале статьи. Это гравюра Альбрехта Дюрера «Меланхолия». «Волшебство» этой гравюры таится в том числе в ее терапевтическом воздействии, направленном к меланхоликам: обнаруживается величие тоскливого меланхолического сомнения, духовная сила слабости и непрактичности меланхоликов. Рассматривать рекомендую изображение с более высоким разрешением. Так можно разглядеть гораздо больше деталей.

Выдающийся советский искусствовед, медиевист, переводчик, педагог Цецилия Гинриховна Ниссельштраус (январь 1919 — 1 мая 2010) так анализирует эту гравюру:

«…перед нами морской берег, безграничная даль воды и сумеречное небо, прорезанное радугой и зловещими лучами кометы. На переднем плане, в окружении разбросанных в беспорядке столярных и строительных инструментов, сидит, подперев рукой голову, погруженная в глубокую задумчивость крылатая женщина. В руке у нее раскрытый циркуль, к поясу привязаны связка ключей и кошель. Неподалеку на земле лежит деревянный шар, дальше виднеется большой каменный многогранник, из-за которого выглядывает плавильный тигель. Позади женщины взобравшийся на жернов угрюмый мальчуган с трудом выводит что-то на дощечке. Рядом свернулась в клубок тощая собака. Справа в глубине возвышается каменное здание, может быть, недостроенное, так как к нему прислонена деревянная лестница. На стенах здания висят песочные часы, весы и колокол и начертан магический квадрат. В небе, в лучах кометы, распростерла крылья огромная летучая мышь. На крыльях мыши надпись: „Меланхолия I” (…)

Сразу же чувствуя, что крылатую женщину угнетают сомнения и неудовлетворенность, зритель, однако, становится в тупик перед множеством рассеянных здесь намеков. Почему Меланхолия изображена крылатой, что означает ее бездеятельность, что за мальчик изображен позади, в чем значение магического квадрата, для чего разбросаны вокруг инструменты, в чем смысл цифры „I”? (…)

…праздность крылатой женщины в гравюре Дюрера вызвана совсем не ленью. Не сон, но сомнения парализовали ее деятельность. Вместо лентяя или нерадивой хозяйки в гравюре Дюрера перед нами высшее существо, обладающее богатым интеллектом, окруженное инструментами творческого труда, но впавшее в мучительное раздумье…»

Меланхолия — «образ владеющего всеми достижениями человеческой науки и мысли гения, отважившегося проникнуть в тайны вселенной, но остановившегося перед внезапной преградой». Изображенная Дюрером в этой гравюре «неутолимая жажда знаний была созвучна его эпохе, когда великие, преобразовавшие мир открытия и изобретения породили твердую уверенность в безграничных возможностях человеческого разума (…) За внешней пассивностью крылатой женщины угадывается смелый полет человеческой мысли…»


Первая версия странички была опубликована в январе 2011 г.

Добавить комментарий

Сбор информации, рерайтинг, верстка, администрирование, etc. — Андрей Павлов (DarVeter)

Обязательные для заполнения поля помечены знаком *


Если у вас возникли трудности с прочтением кода, нажмите на него, чтобы сгенерировать новый вариант.
 
Наверх